Споры с налоговой

Содержание

Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие

Главная → Каталог → Цинделиани И.А., Чуряев А.В. → Юридическая → «Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие» — Цинделиани И.А., Чуряев А.В.

Возрастное ограничение: 0+
Жанр: Юридическая
Издательство: Проспект
Дата размещения: 20.07.2017
ISBN: 9785392259601
Язык:
Объем текста: 419 стр.
Формат:

Введение

Глава 1. Роль судов общей юрисдикции в рассмотрении налоговых споров

Глава 2. Процессуальные особенности рассмотрения судами общей юрисдикции налоговых споров в рамках административного судопроизводства

Глава 3. Материально-правовые особенности рассмотрения судами общей юрисдикции налоговых споров

Глава 4. Особенности рассмотрения судами общей юрисдикции налоговых споров в рамках гражданского судопроизводства

Заключение

Приложения

Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгу

Глава 1.
Роль судов общей юрисдикции в рассмотрении налоговых споров

1.1. Понятие и виды налоговых споров

Как известно, неотъемлемым признаком любого государства являются налоги. Как любой общественный коллектив существует главным образом на взносы его членов, так и государство не может существовать и выполнять свое предназначение без соответствующей материальной основы, формируемой его населением. Государство, предоставляя населяющим его гражданам поддержку и защиту, требует от них взамен определенную плату для финансирования основной части государственных расходов. Эта плата и облекается в форму налогов.

Подчеркивая важное социальное значение налоговой обязанности, Конституционный Суд РФ неоднократно в своих решениях указывал на то, что «налоговая обязанность имеет особый, публично-правовой характер, а ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой; налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы».

Однако очевидно, что подобная публичная направленность фискального законодательства не может быть абсолютной. При установлении и взимании налогов должны также учитываться частные интересы налогоплательщиков. Государству при налогообложении нужно не только покрыть соответствующий размер государственных расходов, но и не нарушить при этом принадлежащее всем налогоплательщикам естественное и неотъемлемое право собственности, которое не допускает произвольного лишения граждан имеющегося у них имущества.

В этой связи законодатель при формулировании правовых норм, регламентирующих отношения в сфере налогообложения, должен, во-первых, учитывать способность налогоплательщиков к уплате установленных налогов (это требование главным образом вытекает из закрепленного в ст. 3 НК РФ принципа экономического обоснования налогов) и, во-вторых, предусматривать для налогоплательщиков систему гарантий по обеспечению их прав и законных интересов (например, право на участие в рассмотрении материалов налоговых проверок, право на обжалование незаконных актов, действий и бездействия налоговых органов и их должностных лиц и т. п.).

Не меньший объем ответственности по обеспечению частных интересов налогоплательщиков и плательщиков сборов лежит и на субъектах, применяющих законодательство о налогах и сборах. Правоприменение (и прежде всего деятельность налоговых органов, судов) должно ориентироваться не только на достижение публичных целей налого­обложения, но и на соблюдение при этом прав и законных интересов налогоплательщиков.

Н. М. Коркунов в свое время писал, что каждая юридическая норма есть непременно норма разграничения интересов. При этом, по его мнению, одно и то же разграничение интересов в зависимости от субъективного отношения к нему может быть признано то правым, справедливым, то неправым, несправедливым. В особенности этот вывод распространяется на налогово-правовые нормы. Регулируемые ими общественные связи, возникающие между частными и публичными субъектами, носят многоаспектный, комплексный характер и по своему социальному, политическому и правовому содержанию изначально конфликтны. Причем, как отмечает М. В. Карасева, конфликтность налоговых отношений проистекает из существования объективного противоречия в этих отношениях. Здесь интерес частного субъекта к увеличению и самостоятельному распоряжению своей собственностью находится в противоречии с объективной необходимостью ее отчуждения на «общие нужды». Налогоплательщики стараются по минимуму заплатить налоги и по максимуму воспользоваться льготами, а налоговые органы, наоборот, нацелены на то, чтобы, осуществив контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах и выявив нарушения, взыскать все недоимки, пени и штрафы в бюджетную систему Российской Федерации. На этой конфликтной основе возникает огромное количество споров, которые принято именовать налоговыми.

Поскольку налоговые споры не имеют законодательного определения, их содержательная характеристика является предметом преимущественно научных исследований. Причем анализ доступных источников показывает наличие у авторов различных подходов в определении налоговых споров, многие из которых неоправданно сужают рассматриваемое понятие.

Например, С. М. Миронова определяет налоговый спор как налогово-правовое отношение, отражающее противоречие интересов государства и налогоплательщиков, иных участников налоговых правоотношений по поводу применения норм налогового права, разрешаемое уполномоченным юрисдикционным органом или по согласованию сторон. При этом автор особо подчеркивает, что предмет налогового спора образует исключительно уплата налогов, а не любых обязательных платежей. Однако, на наш взгляд, ограничение предмета налогового спора лишь уплатой налогов не совсем оправданно — прежде всего потому, что в этом случае из сферы налоговых споров выпадают не менее распространенные на практике споры по взысканию налоговых штрафов и пеней. Как правило, такие платежи производны от налогов, но иногда все же подлежат уплате налогоплательщиком независимо от наличия у него обязанности по уплате налога. Так, в соответствии со ст. 119 НК РФ непредставление в налоговый орган в установленный срок налоговой декларации с нулевой суммой налога к уплате влечет взыскание с налогоплательщика штрафа в размере 1000 рублей. На наш взгляд, споры, возникающие по поводу обоснованности привлечения налогоплательщика в этом случае к налоговой ответственности, также должны рассматриваться в качестве налоговых споров. Кроме того, вряд ли обоснованно исключать из предмета налоговых споров и споры по уплате сборов, поскольку налоги и сборы рассматриваются как смежные публично-правовые платежи, о чем прежде всего свидетельствует единство законодательства, регулирующего их исчисление и уплату.

Некоторые авторы ограничивают содержание налоговых споров кругом участвующих в них субъектов. Например, по мнению Н. Л. Бартунаевой, налоговый спор образует не разрешенный в административном порядке конфликт налогового органа с налогоплательщиком по поводу объема налоговых прав и обязанностей в заявленный период по видам налогообложения, применения норм налогового права, а также установления фактических обстоятельств и подлежащий разрешению в порядке, предусмотренном процессуальным законом. Иными словами, указанный автор ограничивает содержание налоговых споров, во-первых, исчерпывающим составом конфликтующих субъектов (т. е. налоговыми органами и налогоплательщиками) и, во-вторых, исчерпывающим перечнем субъектов, уполномоченных на рассмотрение этих споров (а именно судами). Представляется, что и в том и в другом случае приведенные ограничения являются неоправданными. Если рассматривать в качестве участников налоговых споров лишь налоговые органы и налогоплательщиков, то возникает неясность относительного того, к какому виду споров относить юридические конфликты между налоговыми органами и налоговыми агентами, налоговыми органами и кредитными организациями (выступающими не в качестве налогоплательщиков, а в качестве субъектов, способствующих налоговым органам в осуществлении налогового контроля) и т. п. Полагаем, что споры между этими субъектами также должны охватываться понятием налоговых споров, поскольку они возникают по поводу применения правовых норм, регулирующих налоговые отношения. Не поддается критике, на наш взгляд, и идея о возложении полномочий по рассмотрению налоговых споров лишь на суды. Им, безусловно, отводится важная роль при разрешении рассматриваемых конфликтов, но называть их единственными субъектами, разрешающими налоговые споры, вряд ли правильно. Как следует из п. 1 ст. 138 НК РФ, акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц могут быть обжалованы в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд. Из приведенной нормы следует, что налоговые споры помимо судов могут рассматривать и вышестоящие налоговые органы. Более того, в силу п. 2 ст. 138 НК РФ акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц (за исключением актов ненормативного характера, принятых по итогам рассмотрения жалоб, апелляционных жалоб, актов ненормативного характера ФНС России, действий или бездействия ее должностных лиц) могут быть обжалованы в судебном порядке только после их обжалования в вышестоящий налоговый орган. Иными словами, закон устанавливает обязательный досудебный порядок урегулирования налоговых споров, т. е. указанные споры могут быть переданы на разрешение судов только после их рассмотрения вышестоящими налоговыми органами. Кроме того, нужно учитывать положения ст. 101 НК РФ, из которых следует, что налоговые споры могут возникать и на этапе рассмотрения материалов налоговых проверок. В этом случае субъектами, которые уполномочены на их разрешение, являются руководители налоговых органов или их заместители. К участникам налоговых отношений следует отнести и таможенные органы, которые наделены функциями по взиманию налога на добавленную стоимость и акцизов при ввозе товаров на таможенную территорию, а также по контролю правильности их исчисления и своевременности уплаты. Нельзя забывать и о том, что согласно Федеральному закону от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», а также приказу Генпрокуратуры РФ от 9 июня 2009 г. № 193 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства о налогах и сборах» органы прокуратуры обладают полномочиями на выдачу представлений должностным лицам налоговых органов, следовательно, их также, на наш взгляд, возможно отнести к субъектам, рассматривающим налоговые споры. Более того, по нашему мнению, к налоговым спорам полноценно можно отнести и производства по уголовным делам о налоговых преступлениях (ст. 198, 199, 199.1 УК РФ). Данную группу отношений вообще не принято обсуждать применительно к рассмотрению вопроса о налоговых спорах. Но, как представляется, она составляет важную часть рассматриваемых споров. Ведь как на досудебном, так и в судебном производствах по уголовному делу неизбежно обсуждается вопрос о правильности применения подозреваемым, обвиняемым и подсудимым законодательства о налогах и сборах. Таким образом, к участникам налоговых споров можно отнести также следователей Следственного комитета РФ, расследующих налоговые преступления, и прокуроров, которые представляют государственное обвинение по данным уголовным делам в судах.

Иным образом определяет содержание налогового спора Д. А. Шинкарюк. По его мнению, налоговый спор представляет собой разногласие, возникающее на основе специфических юридических фактов между налогоплательщиком (налоговым агентом) и уполномоченным государственным органом (образованием) по поводу рассмотрения законности ненормативного правового акта, решения или действия (бездействия) последнего. Однако за рамками налоговых споров, выделяемых в приведенном определении, остаются споры, связанные с принудительным взысканием неуплаченных сумм налогов, пеней и штрафов. На наш взгляд, их также следует относить к налоговым спорам, несмотря на то что они инициированы не налогоплательщиками (налоговыми агентами) или иными «обязанными» субъектами, а налоговыми (таможенными) органами.

Следовательно, по нашему мнению, налоговый спор следует рассматривать наиболее широким образом и понимать под ним любой спор участников налоговых отношений по поводу применения законодательства о налогах и сборах.

При этом следует учитывать, что не любой спор, который возникает, например, между налоговым органом и налогоплательщиком, является налоговым, а только тот, который вытекает из налоговых отношений, указанных в ст. 2 НК РФ. В иных спорах, возникающих между налоговыми органами и налогоплательщиками, признаки налоговых споров отсутствуют. В частности, налоговыми не признаются споры о порядке ведения кассовых операций, о применении контрольно-кассовой техники, споры о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Однако даже несмотря на указанное исключение, круг налоговых споров является самым разнообразным.

Например, в зависимости от субъектов, участвующих в налоговых спорах, последние делятся на споры, возникающие между налоговыми (таможенными) органами и налогоплательщиками, между налоговыми органами и налоговыми агентами, между уполномоченными органами (или их должностными лицами) и плательщиками сборов, между налоговыми органами и иными участниками налоговых отношений (например, кредитными организациями), между налогоплательщиками и налоговыми агентами, между следственными органами, прокурорами и налогоплательщиками, налоговыми агентами. Следует учитывать также, что прокурор в интересах Российской Федерации вправе обращаться в суд с требованиями о взыскании с граждан недоимки и финансовых санкций по налогам и сборам. Следовательно, не исключены и налоговые споры между прокурором и налогоплательщиком. Таким образом, налоговые споры, как правило, возникают с участием публичных субъектов, однако не исключаются и налоговые споры между «обязанными» субъектами (например, между налогоплательщиком и налоговым агентом).

В зависимости от субъектов, рассматривающих налоговые споры, последние делятся на споры, разрешаемые руководителем налогового органа или его заместителем, вышестоящим налоговым органом, органом прокуратуры или судом. В связи с этим в одних случаях для разрешения споров используются процессуальные нормы НК РФ, в других — Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», в-третьих — Кодекса административного судопроизводства РФ (КАС РФ), Гражданского процессуального кодекса РФ (ГПК РФ), Арбитражного процессуального кодекса РФ (АПК РФ) и Уголовного процессуального кодекса РФ (УПК РФ). Различны и полномочия субъектов, рассматривающих налоговые споры. Руководитель налогового органа (или его заместитель) при разрешении налогового спора вправе назначить дополнительные мероприятия налогового контроля (п. 6 ст. 101 НК РФ), вынести решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (п. 7 ст. 101 НК РФ). Вышестоящий налоговый орган, как и суд, при разрешении налоговых споров уполномочен отменить решение налогового органа, а также признать действия или бездействие должностного лица налогового органа незаконным (п. 3 ст. 140 НК РФ, ст. 227 КАС РФ, ст. 201 АПК РФ). Кроме этого суд также вправе взыскать с налогоплательщиков и плательщиков сборов налоги, сборы, пени и штрафы (ст. 105 НК РФ, гл. 26 АПК РФ, ст. 290 КАС РФ), приговорить налогоплательщика, налогового агента к уголовному наказанию (гл. 39 УПК РФ). Органы прокуратуры вправе выдавать должностным лицам налоговых органов представления об устранении нарушений закона, протесты на противоречащие закону правовые акты налоговых органов, предостережения о недопустимости нарушения закона налоговыми органами и их должностными лицами, а также могут обращаться в суды с обращенными к налогоплательщикам требованиями о взыскании в пользу публично-правовых образований налоговых платежей (ст. 23, 24, 25.1, 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации»).

В зависимости от предмета налоговых споров можно выделить споры об оценке законности актов, действий или бездействия налоговых (таможенных) органов, их должностных лиц, а также споры об оценке правомерности поведения налогоплательщиков, плательщиков сборов, налоговых агентов и иных участников налоговых отношений — при взыскании налогов, сборов, пеней, штрафов, при привлечении их к уголовной ответственности, а также при проведении прокурорской проверки. Значение этой классификации среди прочего проявляется и в том, что она позволяет установить, по чьей инициативе возникает налоговый спор — по инициативе публичного субъекта (налогового или таможенного органа, органа прокуратуры, следственного органа) либо по инициативе «обязанного» субъекта (налогоплательщика, плательщика сборов, налогового агента и т. п.).

При желании приведенную классификацию можно продолжать и далее, например выделяя в первой из выделенных групп споры по оспариванию требований об уплате налогов, сборов, пеней и штрафов, решений о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, действий по зачету излишне уплаченных или взысканных сумм налогов, сборов, пеней и штрафов и т. п. Также можно дифференцировать и споры об оценке правомерности поведения налогоплательщиков, плательщиков сборов, налоговых агентов и иных участников налоговых отношений при взыскании налогов, сборов, пеней, штрафов.

Например, Г. В. Петрова подразделяет налоговые споры на следующие группы: 1) налоговые споры о характере и уровне административного, инвестиционного, торгового или иного взаимодействия субъектов налоговых отношений; 2) споры об обеспечении единого подхода ко всем налогоплательщикам при расчете типичных расходов; 3) споры об обязательном представлении налоговой декларации; 4) споры, связанные с порядком осуществления налоговых проверок и оформлением их результатов; 5) споры о сроках давности взыскания налоговых санкций; 6) споры в связи с несвоевременным представлением авансовых платежей; 7) споры в связи с неумышленным (ошибочным) занижением налоговой базы налогоплательщиком; 8) споры, вытекающие из коллизий налогового законодательства и законодательства о пенсионном страховании.

И. В. Цветков предлагает разграничивать налоговые споры на следующие три основные категории: 1) споры по вопросам права — это такие споры, в которых возникшие между налогоплательщиком и налоговым органом разногласия связаны с различным толкованием и (или) применением отдельных норм материального права (налогового, гражданского и иного законодательства); 2) споры по вопросам факта — это такие споры, в которых возникшие между налогоплательщиком и налоговым органом разногласия связаны с различной оценкой фактических обстоятельств дела, имеющих прямое или косвенное отношение к налогооблагаемой деятельности налогоплательщика; 3) процедурные споры — это споры, в которых налогоплательщик ссылается на допущенные налоговым органом нарушения законодательно установленной процедуры проведения мероприятий налогового контроля и (или) производства по делам о налоговых правонарушениях.

Предлагаются в литературе и иные классификации налоговых споров.

Учитывая широкое содержание налоговых споров, которое мы обосновали выше, следует сделать несколько вводных замечаний в отношении дальнейшего изложения материала в настоящей книге. Прежде всего заметим, что мы будем акцентировать внимание лишь на той группе налоговых споров, которые попадают на рассмотрение судов общей юрисдикции и разрешаются ими в порядке административного и гражданского судопроизводства. Налоговые споры, рассматриваемые судами общей юрисдикции в рамках уголовного судопроизводства, во многом носят специфический характер (ввиду особой процессуальной формы), и поэтому их целесообразно рассматривать отдельно. В то же время изложенный в книге материал полноценно может быть использован при расследовании и рассмотрении судами уголовных дел в части квалификации налоговых преступлений. Кроме того, мы намеренно не стали рассматривать налоговые споры, возникающие по поводу исчисления и уплаты сборов, иначе книга увеличилась бы в своих размерах в несколько раз. Таким образом, предметом нашего дальнейшего внимания будут только те налоговые споры, которые возникают по поводу исчисления и уплаты налогов и рассматриваются судами общей юрисдикции в порядке административного и гражданского судопроизводства.

1.2. Подведомственность дел о налоговых спорах судам общей юрисдикции

Судебная защита является одной из важнейших форм защиты прав и законных интересов участников налоговых отношений. Этот тезис — основополагающий в Концепции судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, в которой отмечено, что судебный порядок есть наиболее совершенный из всех известных мировой человеческой цивилизации методов и средств обеспечения прав личности.

Конституционной основой судебной защиты прав и законных интересов участников налоговых отношений выступает ст. 46 Конституции РФ, согласно которой каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Конституционный Суд РФ при характеристике права на судебную защиту рассматривает его как одно из основных неотчуждаемых прав человека и одновременно гарантию и средство обеспечения всех других прав и свобод. Это право гарантируется каждому, т. е. им могут воспользоваться как российские граждане и их объединения, так и иностранные физические и юридические лица, а также лица без гражданства.

Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие

В пособии рассмотрены особенности применения норм материального и процессуального права при рассмотрении налоговых споров в судах общей юрисдикции. Раскрываются материально-правовые и процессуально-правовые особенности данной категории споров.<br /> Законодательство приведено по состоянию на 1 апреля 2017 г.<br /> Для студентов, магистров, аспирантов и практикующих юристов.

349

Цинделиани И.А., Чуряев А.В. Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие

Цинделиани И.А., Чуряев А.В. Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие

В пособии рассмотрены особенности применения норм материального и процессуального права при рассмотрении налоговых споров в судах общей юрисдикции. Раскрываются материально-правовые и процессуально-правовые особенности данной категории споров.<br /> Законодательство приведено по состоянию на 1 апреля 2017 г.<br /> Для студентов, магистров, аспирантов и практикующих юристов.

Внимание! Авторские права на книгу «Налоговые споры. Особенности рассмотрения в судах общей юрисдикции. Научно-практическое пособие» (Цинделиани И.А., Чуряев А.В.) охраняются законодательством!

Подведомственность налоговых споров: общие положения, источники правового регулирования

Общие правила подведомственности налогово-правовых споров установлены в п. 1 ст. 138 Налогового кодекса (НК), где говорится о том, что всякое действие или ненормативный акт налоговой службы либо ее должностных лиц может быть оспорен путем подачи жалобы в вышестоящий орган либо в суд.

Однако налогово-правовые споры могут вытекать и из принимаемых органами различных уровней власти правовыми актами нормативного характера, в том числе по налоговым вопросам. При обжаловании таких актов правовое регулирование процедуры осуществляется введенным в действие в 2015 году Кодексом административного судопроизводства (КАС).

В силу ст. 3 закона «О Конституционном суде» от 21.07.1994 № 1-ФКЗ и ч. 4 чт. 125 Конституции, если гражданин либо организация полагает, что изданным нормативным актом в области налогообложения нарушаются их конституционные права и свободы, то они вправе обжаловать законность этого акта в Конституционном суде.

Если же действиями и актами налогового органа затрагиваются права хозяйствующего субъекта в области его экономической и предпринимательской деятельности, то такое лицо вправе обжаловать соответствующие действия и акты в порядке, определяемом главой 24 Арбитражного процессуального кодекса (АПК).

Не знаете свои права? Подпишитесь на рассылку Народный СоветникЪ.
Бесплатно, минута на прочтение, 1 раз в неделю.

Таким образом, налогово-правовые споры могут быть подведомственны:

  • вышестоящему органу в системе налоговой службы;
  • судам общей юрисдикции;
  • арбитражным судам;
  • Конституционному суду.

Досудебный порядок урегулирования

Скачать форму жалобы

С 2009 года в НК в том или ином виде действует норма, предусматривающая обязательную процедуру предварительного обжалования решений и актов налоговой по ряду категорий дел в вышестоящий орган до подачи аналогичной жалобы в суд. В настоящее время обязанность досудебного обжалования практически всех ненормативных актов и действий сотрудников налоговой службы установлена п. 2 ст. 138 НК. Исключение составляют лишь акты, принятые по итогам рассмотрения различных жалоб.

Более детально данную норму прокомментировал Пленум Высшего арбитражного суда в постановлении от 30.07.2013 № 57. Так, он пояснил, что пропуск срока, отведенного на обжалование действий или решений госорганов в досудебном порядке, является безусловным основанием для отказа в приеме жалобы судами. Но в то же время ВАС подчеркнул, что по смыслу соответствующей нормы (ранее она содержалась в ст. 101.2 НК, теперь в алогичном виде включена в ст. 138) если сам налоговый орган принял жалобу по истечении установленного на обжалование срока, то и судом такая жалоба должна быть принята.

Рассмотрение налоговых споров судами

После соблюдения процедуры досудебного урегулирования налогово-правового спора путем обжалования в вышестоящем налоговом органе (если данная процедура устанавливается в качестве обязательной для конкретного случая), в соответствии со ст. 138 НК, лицо (будь то гражданин или организация) имеет возможность обратиться с соответствующей жалобой в суд.

В зависимости от категории заявителя и предмета спора документы об оспаривании действий налоговых органов и принятых ими решений направляются в различные суды:

  • при наличии претензий к налогоплательщику по уплате налогов фискальные органы должны обращаться с заявлением о выдаче судебного приказа в мировые суды (ст. 17.1 КАС);
  • в случае обжалования действий и решений, связанных с предпринимательской деятельностью хозяйствующего субъекта, — в арбитражный суд (ст. 29 АПК);
  • при подаче жалобы на ненормативный акт или какое-либо действие должностного лица налоговой инспекции физическим лицом — в федеральный суд районного звена.

В соответствии с ч. 1 ст. 22 КАС, а также исходя из нормы ч. 5 ст. 218 АПК, административное исковое заявление об обжаловании действий и решений налоговых органов, аналогичных заявлений в арбитражный суд подаются по месту нахождения того органа, действия которого обжалуются. Вопрос подведомственности и подсудности дел административного характера, к которым относятся практически все налоговые споры, в целом регулируется главой 2 КАС.

В качестве итога обозначим некоторые тезисы:

  • общие правила подведомственности закреплены в НК, но для достоверного ее установления необходимо обратиться к АПК, КАС, а в редких случаях и к ФКЗ «О Конституционном суде»;
  • НК устанавливает обязательное досудебное обжалование в отношении почти всех споров, связанных с обжалованием действий и ненормативных решений налоговой службы;
  • общее правило территориальной подсудности — жалоба, заявление или иск направляются в суд по месту нахождения налогового органа, действия и решения которого обжалуются.

Судебная практика рассмотрения споров, связанных с оспариванием решений налоговых органов, принятых по результатам налоговых проверок

Судебная практика рассмотрения споров,

связанных с оспариванием решений налоговых органов,

принятых по результатам налоговых проверок.

1. Статистические данные по рассмотрению споров, связанных с оспариванием решений.

В течение 2012 года в Арбитражном суде Республики Татарстан было рассмотрено 3381 дело, из которых связанных с оспариванием ненормативных актов, решений налоговых органов – 502 дела. В 2013 году – 4326 дел, из которых связанных с оспариванием ненормативных актов, решений налоговых органов – 513 дел. В первом полугодии 2014 года соответственно 1324 и 208 дел. Указанные статистические данные свидетельствуют о постепенном снижении количества дел, связанных с оспариванием ненормативных актов налоговых органов. Это связано с последними изменениями, внесенными в Налоговый кодекс Российской Федерации в части процедуры рассмотрения результатов проверок и обжалования актов налоговых органов. В настоящее время в суд поступают споры, которые не нашли разрешения на стадии обжалования ненормативных актов налоговых органов в вышестоящем налоговом органе.

В результате в суд поступают дела, отличающиеся большей сложностью вопросов, выявленных в ходе проверок, объемом изученных в ходе проверки материалов.

В этих условиях одной из главных задач суда при рассмотрении споров, связанных с оспариванием ненормативных актов налоговых органов, является своевременное, качественное рассмотрение таких споров в соответствии с действующим законодательством. Решения суда должны способствовать стабильности в экономических отношениях, адекватному и единообразному подходу к рассмотрению спорных вопросов.

2. Камеральные и выездные налоговые проверки как форма налогового контроля.

Налоговым кодексом Российской Федерации определены основные виды налогового контроля в виде камеральных и выездных налоговых проверок.

Камеральная налоговая проверка в общем виде является формой текущего контроля за соблюдением налогового законодательства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 01.01.2001 N 441-О-О, камеральная проверка нацелена на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности.

Налогоплательщик представляет в налоговый орган декларации и документы, налоговый орган камерально их проверяет. Своевременное обнаружение и оперативное реагирование налоговых органов на допущенные нарушения позволяют смягчить для налогоплательщиков последствия от неправильного применения ими налогового закона.

Порядок проведения налоговой проверки регламентирован, в связи с чем любое отступление от предписаний может поставить под сомнение законность ее результатов.

Ряд вопросов, касающихся проведения налоговых проверок, регламентируются письмами, приказами Минфина России, ФНС России и МВД России. В то же время следует заметить, что основным требованием к письмам и приказам указанных ведомств является то, что они не могут изменять правила, установленные НК РФ (ст. 4 НК РФ).

В силу п. 2 ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится уполномоченными должностными лицами налогового органа в соответствии с их служебными обязанностями без какого-либо специального решения руководителя налогового органа.

Рассматривая практику Арбитражного суда Республики Татарстан по рассмотрению споров, связанных с оспариванием результатов камеральных проверок следует сказать, что такие дела составляют почти половину дел, связанных с оспариванием ненормативных актов налоговых органов. Основная доля споров касается возмещения НДС. При проведении камеральной проверки налоговыми органами используются все дозволенные формы налогового контроля и получения доказательств допущенных нарушений налогоплательщиком. Так, достаточно часто, несмотря на имеющиеся ограничения, налоговыми органами при проведении камеральной проверки проводятся осмотры помещений и территорий, принадлежащих налогоплательщику (дело № А/2013, 18806/2013). При отсутствии согласия на осмотр территории, помещений со стороны налогоплательщика результаты такого осмотра признаются судом недопустимым доказательством, полученным с нарушением требований законодательства. Аналогичные доводы можно привести и в отношении такого вида контроля как выемка.

Наиболее эффективный вид налогового контроля за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах это выездные налоговые проверки. Именно эти проверки в большей степени способствуют выявлению нарушений налогового законодательства.

Выявление схем уклонения от налогообложения — не только наиболее актуальное направление работы налоговых органов, но и самое трудоемкое по сбору доказательной базы. Налоговые органы при проведении выездных налоговых проверок все чаще используют весь арсенал дозволенных им мероприятий налогового контроля.

Документы, предметы и информация, которые оформляют или получают налоговики в ходе мероприятий налогового контроля, являются частью материалов налоговой проверки и формируют доказательную базу по делам о налоговых правонарушениях. При рассмотрении материалов проверки руководитель налогового органа исследует представленные доказательства и выносит решение о привлечении либо об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения. При этом в соответствии с абз. 2 п. 4 ст. 101 НК РФ не допускается использование доказательств, полученных с нарушением НК РФ.

Рассматривая спор о действительности решения налогового органа, вынесенного по результатам выездной проверки, суды руководствуются нормой, изложенной в ч. 3 ст. 64 АПК РФ, в соответствии с которой также не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Таким образом, результаты мероприятий налогового контроля принимаются в качестве допустимого доказательства в том случае, если они оформлены надлежащим образом и получены с соблюдением законных процедур.

Вместе с тем само по себе признание неправомерными мероприятий налогового контроля или получение налоговым органом доказательств с нарушением закона не всегда означает неправомерность принятого налоговиками решения по итогам всей проверки. Так, судьи не ограничиваются формальным установлением факта нарушения налоговиками порядка проведения мероприятий налогового контроля и тщательно изучают ситуацию, по совокупности доказательств оценивая, привело ли нарушение к принятию неправильного решения. В то же время, если в обоснование своих доводов по факту произведенных доначислений налогоплательщику у налоговиков не найдется иных доказательств, кроме тех, что признаны в судебном порядке недопустимыми, это может привести к отмене доначислений.

3. Способы сбора доказательств при проведении выездной проверки

Для выявления нарушений налогового законодательства и сбора доказательной базы в ходе ВНП налоговые органы имеют право проводить следующие мероприятия налогового контроля:

— допрос свидетеля (пп. 12 п. 1 ст. 31, ст. 90 НК РФ);

— осмотр территории или помещения налогоплательщика (пп. 6 п. 1 ст. 31, п. 13 ст. 89, ст. ст. 91, 92 НК РФ);

— истребование документов, связанных с исчислением и уплатой налогов (пп. 1 п. 1 ст. 31, п. 12 ст. 89, ст. 93 НК РФ);

— истребование документов (информации) о налогоплательщике, плательщике сборов и налоговом агенте или информации о конкретных сделках (п. 2 ст. 31, ст. 93.1 НК РФ);

— выемку документов и предметов (пп. 3 п. 1 ст. 31, п. 14 ст. 89, ст. 94 НК РФ);

— экспертизу (пп. 11 п. 1 ст. 31, ст. 95 НК РФ);

— инвентаризацию имущества налогоплательщика (пп. 6 п. 1 ст. 31, п. 13 ст. 89 НК РФ).

Кроме того, они вправе:

— привлекать специалистов для оказания содействия в осуществлении налогового контроля (пп. 11 п. 1 ст. 31, ст. 96 НК РФ);

— обеспечить участие переводчика (пп. 11 п. 1 ст. 31, ст. 97 НК РФ).

Таким образом, действующее налоговое законодательство предоставляет налоговым органам право получить доказательства совершения налогового правонарушения самыми различными способами.

При возникновении спора в суде все полученные доказательства оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи.

Однако следует остановиться на наиболее часто используемых видах доказательств.

Почему сведения, полученные при допросе, могут не войти в доказательную базу?

Нарушение процедуры проведения допроса свидетеля налоговым органом при осуществлении мероприятий налогового контроля и ненадлежащее оформление полученных результатов является основанием для признания судами протоколов допроса свидетелей ненадлежащим доказательством на основании абз. 2 п. 4 ст. 101 НК РФ и ч. 3 ст. 64 АПК РФ.

Чаще всего допускается нарушение требований к оформлению протоколов.

Например, протокол допроса свидетеля не подписан должностным лицом, проводившим допрос (Постановлении ФАС УО от 01.01.2001 по делу N А/2010, постановление ФАС МО от 01.01.2001 N КГ-А40/786-10-П).

Могут быть признаны недопустимыми доказательствами протоколы допроса свидетелей, не содержащие сведений об установлении личности допрашиваемых (паспортные данные) – (Постановление ФАС ЗСО от 01.01.2001 N А45-5804/2009 и ФАС ВСО от 01.01.2001 N А/09), но не во всех случаях, только в случае невозможности идентифицировать лицо по иным признакам (например совпадение данных имени, отчества, фамилии).

Отсутствие в протоколе отметки о предупреждении свидетеля об ответственности суды единодушно признают недопустимыми доказательствами, поскольку налицо нарушение норм действующего законодательства. Свидетелей в обязательном порядке предупреждают об ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний либо за дачу заведомо ложных показаний (Постановления ФАС МО от 01.01.2001 N КА-А40/5128-11, от 01.01.2001 N КА-А40/4973-11, ФАС ВВО от 01.01.2001 N А/2009, ФАС СКО от 01.01.2001 N А53-1182/2009).

Необходимо отметить, что не только вопросы нарушения самой процедуры проведения допроса свидетеля вызывают много споров налогоплательщиков с налоговыми органами. До сих пор актуально использование в качестве доказательства материалов допросов свидетелей, полученных вне сроков проведения выездной налоговой проверки.

Статья 90 НК РФ не ставит допрос свидетелей в зависимость от проведения иных мероприятий налогового контроля, поэтому представляется возможным допрос и до начала проверки. В таком случае разница между допросами свидетелей в ходе проверки и до ее начала заключается в том, что показания свидетеля в первом случае, как правило, используются для закрепления доказательной базы уже выявленных (или предполагаемых) нарушений, а во втором — оцениваются с точки зрения целесообразности назначения проверки.

Заслуживает внимания позиция судов, выраженная в Постановлении ФАС МО от 01.01.2001 N КА-А40/4191-11, в котором сделан такой вывод: документы (в том числе протокол допроса свидетеля), полученные за рамками налоговой проверки в нарушение установленной процедуры сбора доказательств правонарушения, не могут быть признаны допустимыми, если налоговый орган не предпринимал своевременных и адекватных мер для получения доказательств в ходе проверки налогоплательщика. В частности, в рассматриваемом деле установлено, что допросы свидетелей производились до и после проверки и в связи с проверкой других организаций. В ходе проверки налогоплательщика руководители контрагентов не вызывались и не допрашивались, поскольку уже имелись протоколы их допросов в рамках других мероприятий налогового контроля. При таких обстоятельствах протоколы допросов свидетелей суд признал недопустимыми доказательствами в силу их несоответствия требованиям ст. 64 АПК РФ. В Постановлении ФАС ВСО от 01.01.2001 N А/09 судьи также констатировали, что из норм п. 8 ст. 89, пп. 11 п. 3 ст. 100, п. 6 ст. 101 НК РФ в их системном толковании следует невозможность сбора налоговой инспекцией доказательств после окончания проверки (то есть после составления справки о проведенной проверке) вне рамок дополнительных мероприятий налогового контроля. Однако существует арбитражная практика, поддерживающая позицию налоговых органов. С точки зрения судей ФАС МО (Постановление от 01.01.2001 N КА-А40/4744-10), факт проведения опросов свидетелей за рамками ВНП не может служить основанием для отмены судебных актов, поскольку свидетельские показания получены до проверки в соответствии со ст. 90 НК РФ и на момент проверки налоговый орган располагал показаниями данных лиц.

Зачастую налоговая инспекция при обосновании выявленных по результатам проверки нарушений ссылается на материалы допросов, объяснения свидетелей, которые были получены органами внутренних дел в ходе оперативно-разыскных мероприятий. Повторно допросить свидетелей в рамках налоговой проверки в ряде случаев сами налоговые инспекторы не успевают либо в силу своей загруженности, ограниченных сроков проверки, либо из-за невозможности установить местонахождение свидетеля.

В целом на практике большинство судей не признают допустимыми доказательствами такие материалы при рассмотрении спора о недействительности решения налогового органа. При вынесении постановления арбитры руководствуются правовой позицией КС РФ, изложенной в Определении от 01.01.2001 N 18-О, из которой следует, что результаты оперативно-разыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований законодательства об оперативно-разыскной деятельности, могут стать доказательствами после закрепления их надлежащим процессуальным путем, как предписывают ч. 1 ст. 49 и ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

Таким образом, сведения, полученные в результате оперативно-разыскных мероприятий, должны быть подтверждены мероприятиями налогового контроля в порядке, установленном ст. ст.НК РФ (Постановления ФАС УО от 01.01.2001 N Ф09-4501/11, ФАС МО от 01.01.2001 N КА-А40/, ФАС СЗО от 01.01.2001 N А13-6219/2009, ФАС ВСО от 01.01.2001 N А19-6989/07, ФАС ЦО от 01.01.2001 N А62-3904/2010).

В противовес изложенному можно привести примеры судебных решений, в которых протоколы допроса, полученные от органов внутренних дел вне рамок проведения выездной проверки, признаны судами надлежащими доказательствами в соответствии с п. 3 ст. 82 НК РФ.

Как видим, единого мнения у судей по рассмотренным вопросам нет. При рассмотрении спора в каждом случае применяется индивидуальный подход с учетом совокупности иных доказательств и обстоятельств по делу.

Еще одним из способов получения доказательств в ходе проведения выездных проверок является осмотр помещений, территории, документов налогоплательщика.

Специфика проведения осмотра такова, что в большинстве случаев в действительности его результаты могут подтверждать фактические обстоятельства исключительно на момент осмотра, а не в предшествующие периоды времени, которые подлежат проверке. Таким образом, многое зависит от причин и ситуации, в которой производится осмотр, какие факты установлены при этом и к какому периоду они относятся. Соответственно, у судей не сложилось единого мнения по поводу признания протоколов осмотров, проведенных вне рамок выездной налоговой проверки, доказательствами по делу.

Результаты осмотра не были приняты и судьями ФАС ПО в Постановлении от 01.01.2001 N А/2010 в качестве доказательства правонарушения, поскольку осмотр помещения производился после прекращения организацией деятельности в нем и за пределами проверяемого периода.

Результаты осмотра, произведенного позднее проверяемого периода, не могут являться надлежащим доказательством. Результаты осмотра могут подтверждать фактические обстоятельства исключительно на момент осмотра, а не в предшествующие периоды.

Истребование документов в соответствии со ст. 93 и п. 1 ст. 93.1 НК РФ.

Без этих наиболее эффективных мероприятий налогового контроля не обходится ни одна проверка, поскольку правильность исчисления налогов инспекция может проверить или опровергнуть в первую очередь на основании документов налогоплательщика и его контрагентов.

Право налоговых органов на истребование документов как у самого налогоплательщика, так и у его контрагентов установлено пп. 1 п. 1 ст. 31, п. 12 ст. 89, ст. ст. 93 и 93.1 НК РФ.

Порядок истребования в ходе ВНП документов, связанных с исчислением и уплатой налогов, у проверяемого налогоплательщика изложен в ст. 93, у его контрагентов — в ст. 93.1, а также в различных приказах ФНС России.

Документы (информацию) налоговый орган может получить только на основании письменного требования, форма которого утверждена Приказом ФНС России от 01.01.2001 N ММ-3-06/338@ (Приложение 5) (далее — Приказ N ММ-3-06/338@). Несоответствие требования установленной форме и содержанию влечет его недействительность.

Налоговый орган должен указать в требовании наименования, реквизиты, иные индивидуализирующие признаки истребуемых документов, период, к которому они относятся.

Но в данном вопросе не все однозначно. Инспекторы при назначении ВНП еще не видят документов предприятия, соответственно, не могут знать их реквизитов, индивидуально определенных признаков и многих аспектов хозяйственной деятельности налогоплательщика, а также определить количество нужных документов. Поэтому, как правило, в первоначальном требовании указывается максимальный и обобщенный перечень видов документов, например главная книга, журналы-ордера по бухгалтерским счетам, книга продаж и книга покупок, счета-фактуры к ним. Это не нарушает права и законные интересы налогоплательщика в том случае, если налоговый орган не привлекает его к ответственности за непредставление обобщенных видовыми признаками документов. Учитывая отсутствие у налогового органа информации о конкретных документах до проведения проверки, требование является правомерным — так высказались судьи в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.01.2001 N 09АП-21773/2011-АК.

В требовании представить документы контрагентов налогоплательщика или иных лиц, располагающих информацией о проверяемом плательщике, в соответствии со ст. 93.1 НК РФ налоговый орган помимо наименования, реквизитов, индивидуализирующих признаков документов и периода, к которому они относятся, должен в обязательном порядке указать наименование лица, в отношении которого запрашиваются документы (проверяемого налогоплательщика), а также мероприятие налогового контроля, при проведении которого возникла необходимость в запросе документов (информации).

В ситуации, когда контрагент или иное лицо, располагающее сведениями о налогоплательщике, состоит на учете в другой инспекции, налоговый орган, инициирующий истребование документов, на основании п. 3 ст. 93.1 НК РФ, а также п. 2 Порядка взаимодействия налоговых органов по выполнению поручений об истребовании документов <2> обязан направить в налоговый орган по месту учета контрагента поручение по форме, утвержденной Приказом N ММ-3-06/338@ (Приложение 6). В поручении должен содержаться в том числе перечень истребуемых документов с указанием периода, к которому они относятся, также в нем должно быть отмечено, при проведении какого мероприятия налогового контроля и в отношении какого лица возникла необходимость в этих документах (информации).

Также не допускается истребование документов, не относящихся к предмету проверки, документов, которые отсутствуют у налогоплательщика или которые он не имеет возможности представить (Постановления ФАС СКО от 01.01.2001 N А32-2974/2010, ФАС ПО от 01.01.2001 N А55-967/2011, ФАС УО от 01.01.2001 N Ф09-2014/12 и от 01.01.2001 N Ф09-527/12, ФАС МО от 01.01.2001 N А/).

Кроме того, налоговики могут затребовать только те регистры бухгалтерского и налогового учета, которые ведутся в установленном порядке, принимая во внимание положения учетной политики (Письма Минфина России от 01.01.2001 N /1-228, от 01.01.2001 N /10).

Это только некоторые аспекты получения доказательств налоговых правонарушений, получаемых налоговыми органами в ходе проверок.

Важно помнить, что в соответствии с абз. 2 п. 4 ст. 101 НК РФ, ч. 3 ст. 64 АПК РФ использование при рассмотрении результатов выездной налоговой проверки доказательств, полученных с нарушением налогового законодательства, не допускается. При этом у налогоплательщика больше шансов опровергнуть доводы налогового органа, когда имеется совокупность фактов несоблюдения проверяющими требований налогового законодательства при осуществлении мероприятий налогового контроля, поскольку тем самым контролирующий орган нарушает права и законные интересы налогоплательщика. Даже при очевидных фактах неисполнения проверяемой организацией своих налоговых обязательств, как показывает практика, есть возможность опровергнуть выводы налогового органа в оспариваемых решениях, принятых по результатам налоговых проверок.

Судебные акты в пользу налогоплательщиков.

В качестве примера приведем Постановление ФАС ДВО от 11.03.2014 № Ф03-557/2014.

Налоговая инспекция после окончания выездной проверки на протяжении трех месяцев предпринимала попытки уведомить организацию о времени и месте рассмотрения итогов контрольных мероприятий. Ситуация осложнялась тем, что место нахождения органов управления общества, являющееся его юридическим адресом, было значительно удалено (свыше 500 км) от расположения инспекции. Кроме того, почтовый адрес организации не совпадал с юридическим.

Первоначально рассмотрение результатов проверки было назначено налоговым органом на 20.09.2012. Соответствующее извещение за месяц до указанной даты проверяющие направили по юридическому и почтовому адресам организации. Впоследствии рассмотрение переносилось трижды, поскольку на очередную назначенную дату инспекция не располагала сведениями о вручении налогоплательщику заказных писем (вся корреспонденция была получена, но с опозданием). Проверяющие неоднократно пытались вручить представителям общества (правда, безуспешно) извещения о времени рассмотрения материалов проверки, выезжая по юридическому и почтовому адресам. По этим же адресам направлялись телеграммы.

Статьи 101 и 101.4 НК РФ не содержат оговорок о необходимости извещения налогоплательщика о времени и месте рассмотрения материалов проверки какими-либо определенными способами, в частности путем направления по почте заказного письма с уведомлением о вручении или вручения его адресату под расписку. В связи с этим названное извещение не может быть признано ненадлежащим лишь на том основании, что оно было осуществлено каким-либо иным способом, например путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или передачи в электронном виде по ТКС (п. 41 Постановления Пленума ВАС РФ № 57).

В итоге рассмотрение состоялось в назначенное время 16.11.2012 в отсутствие налогоплательщика – но только после того, как у инспекции появилась информация, что заказная корреспонденция с очередным извещением вручена представителю организации 13.11.2012 (копия почтового уведомления по запросу налогового органа поступила из отделения связи по факсимильной связи).

Суды трех инстанций отклонили доводы инспекции о соблюдении процедуры вынесения решения. Арбитры установили, что письмо, в котором находилось извещение о времени и месте рассмотрения материалов проверки, выдано в почтовом отделении неустановленному лицу, не имеющему отношения к налогоплательщику. Соответствующей доверенностью полномочия этого лица контролеры не подтвердили. Не признали судьи и факсимильную копию почтового уведомления о вручении заказного письма. Налоговики не зарегистрировали данный документ в качестве входящего. Следовательно, доказательствами того, что названная копия была в инспекции на дату рассмотрения результатов проверки и вынесения решения (19.11.2012), налоговый орган не располагал. Оригинал почтового уведомления с отметкой о вручении корреспонденции поступил в инспекцию 19.11.2012.

В связи с данными обстоятельствами арбитры пришли к выводу: налоговый орган не предоставил налогоплательщику возможность принять участие в рассмотрении материалов проверки, поскольку решение о привлечении к ответственности было вынесено в отсутствие заявителя, не извещенного надлежащим образом.

Подобные выводы судьи делают довольно часто. Они считают, что на момент рассмотрения материалов проверки и принятия решения налоговый орган обязан располагать не информацией об отправке заказных писем и иных отправлений, а доказательствами их вручения проверяемому лицу. Арбитры отмечают, что по смыслу п. 3 ст. 101 НК РФ руководитель (заместитель руководителя) инспекции вправе принять решение о рассмотрении итогов контрольных мероприятий без участия налогоплательщика только при его уведомлении в установленном порядке. Признание последнего надлежаще извещенным о рассмотрении материалов проверки путем направления ему соответствующего уведомления независимо от его получения адресатом положениями ст. 101 НК РФ не пре­дусмотрено. Такая позиция изложена, например, в постановлениях ФАС МО от 24.01.2014 № Ф05-17623/2013, от 20.01.2014 № Ф05-16692/2013, ФАС ВСО от 25.02.2014 № А19-1342/2013, ФАС СКО от 13.07.2012 № А32-11821/2011 и др.

Однако есть и иная судебная практика.

Судебные акты в пользу налоговиков.

Доказательство этому утверждению – Постановление ФАС ЦО от 13.02.2014 № А09-4108/2013. Проблемы налогового органа начались уже на стадии вручения акта выездной проверки. Направленный предпринимателю вызов явиться в налоговый орган для вручения акта возвратился в инспекцию. Тогда контролеры решили сами навестить налогоплательщика и вышли по адресу его регистрации. Но напрасно: предпринимателя там не оказалось. Поскольку акт вручить лично не удалось, его направили по почте. И эта корреспонденция тоже вернулась в налоговый орган.

Аналогичные действия контролеры предприняли и для вручения налогоплательщику уведомления о времени и месте рассмотрения материалов проверки. Налоговики выходили по месту регистрации проверяемого лица, направляли заказные письма, посылали телеграммы. Все безуспешно. Поэтому контролерам не оставалось ничего иного, кроме как рассмотреть результаты проверки и вынести соответствующее решение в отсутствие предпринимателя.

По мнению налогоплательщика, подобными действиями налоговый орган нарушил процедуру привлечения к налоговой ответственности, поскольку решение было вынесено без его участия и без доказательств надлежащего извещения о дате и времени рассмотрения материалов выездной проверки. Суды трех инстанций пришли к выводу, что налоговый орган закон не нарушил. Аргументируя такое решение, арбитры указали следующее.

Уведомление о вызове налогоплательщика на рассмотрение материалов проверки инспекция направила по надлежащему адресу. Ведь предприниматель не вносил в ЕГРИП сведения об изменении места жительства, не уведомлял налоговый орган о фактическом месте жительства, ходатайств о направлении ему корреспонденции по каким-либо иным адресам, в частности по адресу его представителя, в налоговый орган не представлял. Поэтому неполучение налогоплательщиком почтовой корреспонденции, направляемой в его адрес, обусловлено не действиями инспекции или органа почтовой связи, а действиями самого налогоплательщика и его фактическим отсутствием по месту регистрации. Судьи подчеркнули: обязанность получения корреспонденции по адресу, который является местом регистрации, возложена на предпринимателя, вне зависимости от фактического проживания по данному адресу.

В итоге арбитры решили: налоговый орган надлежащим образом известил налогоплательщика о времени и месте рассмотрения материалов проверки, следовательно, процедура привлечения предпринимателя к налоговой ответственности не нарушена.

И это не единственный судебный акт. Например, в Постановлении ФАС СКО от 22.02.2013 № А22-1744/2011 арбитры отклонили довод налогоплательщика о неполучении им какой-либо корреспонденции по юридическому адресу. Неполучение заказных писем является риском налогоплательщика, и он несет неблагоприятные последствия, связанные с недобросовестным отношением к своим обязанностям. По мнению судей, общество, не находясь по своему юридическому адресу и не заявив об изменении места его нахождения, целенаправленно создало условия, препятствующие инспекции осуществлять налоговый контроль, чем нарушило требования пп. 7 п. 1 ст. 23 НК РФ. Поэтому на заявителя не распространяются предусмотренные п. 14 ст. 101 НК РФ гарантии защиты прав добросовестных налогоплательщиков.

Аналогичный подход применен судьями в постановлениях ФАС ДВО от 31.01.2014 № Ф03-6884/2013, ФАС ВСО от 04.12.2013 № А19-3547/2013 , ФАС СЗО от 02.12.2013 №А42-7899/2011, ФАС МО от 12.09.2013 № А40-60523/12 и др.

Плательщик не ознакомлен со всеми материалами проверки.

Пунктом 3.1 ст. 100 НК РФ установлено, что налоговый орган должен приложить к акту налоговой проверки документы, подтверждающие факты нарушения законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе контрольных мероприятий. При этом документы, полученные от проверяемого лица, к акту не прилагаются.

Из правовой позиции Президиума ВАС, изложенной в Постановлении от 08.11.2011 № 15726/10, следует: право налогоплательщика на своевременное ознакомление со всеми материалами, полученными контролерами в рамках проводимых проверок, является его неотъемлемым правом. Однако для признания факта нарушения существенных условий процедуры налоговой проверки, выразившегося в отсутствии у плательщика возможности ознакомиться с данными материалами и представить соответствующие возражения, недостаточно указания на наличие у него такого права. Поэтому прежде, чем отменять решение по формальным основаниям, следует выяснить, о каких документах и информации идет речь, каким образом подобная информация влияет на выводы налогового органа, зафиксированные в акте налоговой проверки.

Иными словами, нарушение проверяющими п. 3.1 ст. 101 НК РФ еще не означает, что их решение будет признано судом недействительным по процедурным основаниям. Арбитры в каждом конкретном случае исследуют материалы дела и дают им соответствующую оценку.

Приведем пример – Постановление ФАС ВСО от 30.01.2014 № А78-1414/2013. Налогоплательщик оспорил решение инспекции в судебном порядке, в том числе по формальным основаниям. Согласно иску, налоговый орган приложил к акту выездной проверки не все документы, поименованные в этом акте: отсутствовали копии выписок по операциям на счетах контрагентов, акты обследования, сведения из информационных ресурсов налоговой службы. Это, по мнению проверяемого лица, нарушило его права на защиту интересов.

Судебные органы признали доводы налогоплательщика обоснованными. Судьи решили: данные обстоятельства лишили его возможности проверить достоверность указанных документов, дать правовую оценку допустимости и относимости полученных доказательств, подтверждающих вину в совершении налогового правонарушения, и, соответственно, представить свои объяснения и возражения по существу установленных инспекцией нарушений.

Поддерживая налогоплательщика, арбитры отметили: не только полное отражение в акте налоговой проверки выявленных нарушений, но и последующее изучение и составление налогоплательщиком возражений на него являются обязательным условием осуществления налоговым органом дальнейшей процедуры привлечения налогоплательщика к ответственности. Поэтому несоблюдение инспекцией требований п. 3.1 ст. 100 НК РФ повлияло на объективность рассмотрения материалов проверки и лишило организацию возможности в полной мере реализовать право на защиту интересов. Следовательно, допущенное нарушение должно быть квалифицировано как существенное и являющееся основанием для признания решения инспекции недействительным.

Аналогичные выводы сделаны в постановлениях ФАС СКО от 13.02.2014 № А53-5717/2013, от 08.07.2013 № А53-28709/2012, ФАС ВСО от 15.02.2013 № А78-4232/2012.

Арбитры ФАС ЗСО (Постановление от 27.02.2014 № А70-1252/2013) также пришли к выводу, что инспекцией допущены процессуальные нарушения в виде ненаправления налогоплательщику всех необходимых документов (в том числе протокола допроса свидетеля). Однако судьи установили следующие факты:

  • акт выездной проверки обществом получен, и на него представлены возражения;
  • выдержки из спорного протокола допроса свидетеля приведены в акте;
  • с документами, собранными проверяющими в ходе мероприятий налогового контроля, представители налогоплательщика ознакомлены;
  • обществу обеспечена возможность участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки;
  • налогоплательщик не указал, какие конкретные права и законные интересы были нарушены по существу при ненаправлении инспекцией спорного протокола допроса и как это нарушение повлияло на его право оспорить по существу выводы налогового органа.

В итоге арбитры не признали допущенное нарушение существенным, позволяющим отменить принятое решение инспекции по указанной налогоплательщиком причине.

Аналогичную позицию судьи заняли при вынесении постановлений ФАС ЗСО от 25.09.2013 № А27-19122/2012, ФАС ЦО от 18.03.2014 № А35-2512/2013.

Интересной, на наш взгляд, является ситуация, рассмотренная арбитрами ФАС МО (Постановление от 20.02.2014 № Ф05-532/2014). Налогоплательщик посчитал, что инспекция нарушила процедуру проверки, не предоставив ему копии запросов и ответов из банков контрагентов. Это не позволило организации выяснить, получены ли указанные документы непосредственно в рамках проведения выездной проверки. Налогоплательщик полагает, что в силу п. 14 ст. 101 НК РФ данные обстоятельства являются основанием для отмены решения инспекции.

Суд с налогоплательщиком не согласился. Арбитры установили, что в качестве приложений к акту проверки обществу были вручены копии банковских выписок его контрагентов. По мнению судей, запросы, направленные проверяющими в банк о представлении данных выписок, не содержат фактов, свидетельствующих о нарушении налогоплательщиком налогового законодательства. Поэтому они не должны входить в состав приложений к акту проверки. Следовательно, нарушения порядка проведения проверки со стороны налогового органа отсутствуют.

Нарушения, не связанные с рассмотрением материалов проверки.

Несоблюдение сроков проверки.

В статьях 88 и 89 НК РФ установлены сроки проведения камеральных и выездных проверок. Является ли несоблюдение этих сроков основанием для признания решения налогового органа незаконным по формальным основаниям? Единого мнения судебных органов на этот счет нет. В качестве примера приведем два судебных акта одного и того же округа.

ФАС СКО в Постановлении от 17.02.2014 № А53-33611/2012 поддержал позицию налогоплательщика, решение по камеральной проверке в отношении которого было вынесено спустя пятнадцать месяцев после истечения соответствующего срока. Судьи решили, что налоговый орган нарушил принцип недопустимости избыточного или неограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля. Убедительных доказательств обоснованности столь длительного срока проведения проверки инспекция не представила.

Арбитры обратили внимание на следующее. В силу ст. 88 НК РФ налоговый орган обязан осуществить проверочные мероприятия в отношении принятой им налоговой декларации в установленный трехмесячный срок. Поэтому при отсутствии факта истребования каких-либо сведений и документов в течение указанного срока налогоплательщик был вправе предположить, что у инспекции нет сомнений в правомерности применения заявленных в декларации сумм налога. Более того, налоговый орган не произвел никаких действий не только в установленный для проведения проверки срок, но и в течение десяти месяцев с момента подачи налоговой декларации.

Длительный срок проверки в рассматриваемом случае был расценен арбитрами исходя из конкретных обстоятельств как нарушающий цели налогового администрирования, которые не могут иметь дискриминационный характер, препятствующий предпринимательской деятельности налогоплательщика. Итог судебного разбирательства – такое нарушение порядка проведения проверки является существенным и в соответствии с п. 14 ст. 101 НК РФ служит основанием для отмены решения налогового органа.

Другой пример – Постановление ФАС СКО от 31.01.2014 № А53-33617/2012. Камеральная проверка завершилась принятием решения спустя год после подачи декларации. Судьи пришли к выводу, что на законность решения данный факт не влияет. Аргументируя свой вывод, они сослались на п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.03.2003 № 71. В этом документе разъяснено: при применении ст. 88 НК РФ следует исходить из того, что установленный ею срок не является пресекательным, его истечение не препятствует выявлению фактов неуплаты налога и принятию мер по его принудительному взысканию.

Оценив характер допущенных налоговым органом процедурных нарушений и их влияние на законность и обоснованность вынесенного решения, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии существенных нарушений процедуры проведения камеральной проверки. Более того, арбитры обвинили самого налогоплательщика в том, что проверка длилась так долго. Судьи указали на недобросовестность его поведения: предприниматель не представлял инспекции пояснения и документы, подтверждающие достоверность данных, внесенных в декларацию. Поэтому проверяющие были вынуждены запрашивать эти документы у иных лиц, что отчасти явилось причиной нарушения срока проведения камеральной проверки.

Несоответствие актов и решений требованиям НК РФ.

В силу п. 8 ст. 101 НК РФ в решении о привлечении (об отказе в привлечении) к ответственности излагаются обстоятельства совершенного проверяемым лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой. В решении делаются ссылки на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов. Кроме того, в решении отражается размер выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

Оформление решения с нарушением данных правил может привести к его отмене на основании п. 14 ст. 101 НК РФ.

Так, ФАС ПО в Постановлении от 13.02.2014 № А65-9516/2013 признал незаконным решение налоговиков на том основании, что в оспариваемом решении (как и в акте выездной проверки) не указаны обстоятельства, выявленные налоговым органом при проведении контрольных мероприятий, не приведены причины возникновения недоимки, отсутствуют ссылки на первичные документы. Это, по мнению арбитров, является нарушением п. 8 ст. 101 НК РФ и в силу п. 14 названной нормы служит основанием для признания решения недействительным.

В деле, рассмотренном ФАС СКО (Постановление от 31.01.2013 № А61-907/2012), налогоплательщик оспорил решение инспекции по формальным основаниям по причине того, что в нем не дана оценка представленным возражениям на акт проверки. Арбитры налогоплательщика не поддержали. Судьи пришли к выводу, что отсутствие в решении развернутой мотивировки, объясняющей, по какой причине доводы проверяемого лица отвергнуты, само по себе не является безусловным основанием для отмены решения, поскольку обществу обеспечена возможность участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя, а также представить необходимые объяснения.

Вынесение решения без учета возражений налогоплательщика также было предметом судебного разбирательства в ФАС ВВО (Постановление от 25.12.2013 № А82-11448/2012). Из материалов дела следует, что налогоплательщик направил возражения на акт проверки по почте в последний день установленного срока. Разумеется, заказное письмо поступило в налоговый орган позже вынесения решения. Причем организация не известила проверяющих о направлении возражений, не ходатайствовала о переносе даты рассмотрения материалов проверки, своих представителей для участия в данном рассмотрении не направила. Инспекция в отсутствие информации о существовании возражений приняла решение по проверке. В тот же день оно было вручено директору общества, который ни словом не обмолвился о направлении возражений.

Исследовав и оценив эти факты, арбитры пришли к выводу: налоговый орган обеспечил соблюдение гарантий прав налогоплательщика, а вот общество злоупотребило правами, предоставленными ему для защиты его интересов законодательством. Следовательно, инспекцией не нарушены существенные условия процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

* * *

Судебная практика свидетельствует, что налоговые органы довольно часто не соблюдают процедуру рассмотрения материалов проверок и вынесения решений по ним. Налогоплательщики используют такие промахи контролеров с целью отмены их ненормативных правовых актов. Иногда это удается, иногда нет. Практика показывает, что суды тщательно анализируют конкретные обстоятельства рассматриваемых дел, поэтому предугадать исход оспаривания решения по формальным основаниям довольно сложно. Налогоплательщикам следует помнить, что арбитры не приветствуют утаивание информации о процедурных нарушениях до судебного разбирательства. Об этом свидетельствует позиция Пленума ВАС, изложенная в п. 68 Постановления № 57: суды могут оценивать доводы налогоплательщика о несоблюдении контролерами существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки только в том случае, если эти доводы заявлялись при обжаловании решения в вышестоящем налоговом органе.

Топ-5 самых интересных налоговых споров за год

В 2017 году суды подтвердили, что ФНС России вправе в порядке ведомственного контроля отменять решения нижестоящих налоговых органов без обращения налогоплательщика, а Минфин может давать разъяснения налогового законодательства. Суды также пришли к выводу, что налоговая выгода признается необоснованной, только когда налоговая экономия приводит к негативным последствиям для бюджета. Эту судебную практику эксперты назвали позитивной, но были и негативные решения судов.

«Аквамарин»

Межрайонная инспекция ФНС № 7 по Костромской области провела камеральную налоговую проверку ООО «Аквамарин», в результате которой вынесла постановление о привлечении общества к ответственности. ООО «Аквамарин» было доначислено 10,8 млн руб. НДС, 473 677 руб. пеней за нарушение срока уплаты налога и 2,2 млн руб. штрафа. Кроме того, налоговая отказала обществу в возмещении 26,6 млн руб. НДС. Управление ФНС по Костромской области отменило вышеуказанное постановление, т. к. не была доказана согласованность действий общества и его контрагентов, направленная на получение необоснованной налоговой выгоды. ФНС России в порядке контроля за деятельностью управления отменила решение Управления ФНС по Костромской области и оставила в силе решение нижестоящей инспекции (п. 3 ст. 31 НК). Поводом для этого послужили сведения, полученные от МВД и ФСБ, о наличии возбужденных уголовных дел. Тогда ООО «Аквамарин» обратилось в суд, но три инстанции ему отказали (№ А40-101850/2016). Верховный суд подтвердил законность этих решений (см. «Верховный суд разобрался в правилах пересмотра решений ФНС»).

«В этом деле ВС указал на возможность вышестоящего налогового органа даже в отсутствие жалобы налогоплательщика отменить решение нижестоящего органа в рамках ведомственного контроля. При этом налогоплательщик в таком случае вправе обратиться за защитой своих прав в суд. Немаловажно, что вышестоящий налоговый орган вправе реализовать свои полномочия в пределах срока, предусмотренного для проведения мероприятий налогового контроля, а именно – в пределах трех лет, исчисляемых с момента окончания контролируемого налогового периода», – пояснил юрист АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Торез Кулумбегов.

«Теперь стала возможной ситуация, при которой ФНС России вправе отменить решение УФНС субъекта об удовлетворении апелляционной жалобы налогоплательщика и оставить в силе решение инспекции о доначислении налогов и наложении штрафа», – сообщил юрист АБ «Казаков и партнёры» Алексей Аплекаев. «Таким образом, даже полное удовлетворение апелляционной жалобы налогоплательщика не является последней точкой в споре с налоговым органом, поскольку возможно возобновление казалось бы разрешенного спора по инициативе вышестоящего налогового органа. Только истечение срока на проведение выездных налоговых проверок по проверенному ранее периоду может гарантировать отсутствие претензий со стороны налогового органа», – заявила юрист АБ «Казаков и партнёры» Елена Муратова.

Юристы сошлись во мнении, что позиция ВС по этому делу имеет позитивное значение для защиты налогоплательщиками своих прав. «Тем более было издано письмо ФНС России от 11.10.2017 № СА-4-7/20486@, в силу которого эта позиция должна быть доведена до территориальных налоговых органов», – подчеркнула руководитель Налоговой и административной практики ЮФ «Варшавский и партнёры» Владлена Варшавская. «По аналогии с указанным спором налогоплательщики в случае, если решением УФНС будет поддержана позиция территориальной инспекции, могут параллельно с обращением в суд направлять дополнительно жалобу в ФНС России. Эта жалоба не будет являться классической стадией досудебного апелляционного процесса, но вместе с тем позволит озвучить свои доводы на уровне ФНС России, и в случае положительного решения добиться хорошего исхода без рассмотрения дела в суде», – считает руководитель Департамента налоговой безопасности, международного планирования и развития «КСК групп» Роман Шишкин.

ООО «Спорткар-центр»

ООО «Спорткар-центр» – официальный дилер Porsche в России – сначала напрямую арендовало автосалон у собственника, а затем стало брать это же помещение и помещение в другом построенном здании в субаренду у ООО «Бизнессодействие». Налоговая посчитала, что ООО «Спорткар-центр» могло заключить аренду напрямую с собственником, а включение ООО «Бизнессодействие» в схему арендных отношений повлекло необоснованное увеличение арендной платы. Поэтому ФНС доначислила арендатору налог на прибыль и НДС. «Налоговые органы и суды по-прежнему нередко реагируют лишь на внешние признаки налоговых злоупотреблений, такие как непонятные операции, признаки фиктивности поставщиков, не выясняя, имеются ли в действительности потери бюджета», – сетует руководитель аналитической службы «Пепеляев групп» Вадим Зарипов.

Однако ВС с налоговиками и нижестоящими судами не согласился и направил дело на новое рассмотрение (см. «Верховный суд поддержал компанию-налогоплательщика в споре с ФНС на 15 млн руб.»). Во время него суды разрешили спор в пользу налогоплательщика (№ А40-230712/2015). «Теперь можно ожидать снижения числа претензий в случае, когда все контрагенты налоги уплатили, но налоговый орган полагает, что договорные отношения могли сложиться иначе», – уверен менеджер Департамента налоговых споров ФБК Михаил Голованёв.

«Речь о необоснованной налоговой выгоде может идти только тогда, когда налоговая экономия приводит к негативным последствиям для бюджета. Подтверждение этого стало важнейшим моментом. По идее, если негативных последствий для бюджета нет, анализ взаимозависимости, экономической целесообразности и рациональности субарендных отношений становится излишним. Хотя коллегия проверила и эти второстепенные факторы, самое главное в решении высшей судебной инстанции – фиксация знака равенства между необоснованной налоговой выгодой и потерями бюджета», – считает старший юрист «Мозго и партнеры» Елена Черкасова.

АО «Флот Новороссийского морского торгового порта»

АО «Флот Новороссийского морского торгового порта» полагало, что оказываемые им в порту услуги освобождены от начисления НДС. Норма НК, регламентирующая перечень таких услуг, сформулирована достаточно широко. В то же время позиция налогоплательщика подкреплялась положительной судебной практикой и разъяснениями Минтранса. Примечательно, что Минфин соответствующие разъяснения не предоставил. Когда ФНС доначислила «флоту» НДС, пени и штрафы, он обратился в суд. Три инстанции встали на сторону налоговой. Компания подала жалобу в ВС, но тот отказался рассматривать ее. А вот КС жалобу рассмотрел и сформулировал несколько ключевых выводов (№ 34-П). Во-первых, новое судебное толкование НК не должно действовать с обратной силой в отношении других налогоплательщиков, если оно ухудшает их положение. Добросовестный налогоплательщик, действуя в условиях предоставленного ему «благоприятного» налогового режима, не может предвидеть негативное изменение судебной практики, поэтому соответствующее доначисление налога должно соотноситься с периодами, в которые действовало разное толкование. Во-вторых, КС подтвердил обязанность Минфина и ФНС давать разъяснения налогового законодательства. Запросы к ним не могут переадресовываться другим ведомствам, а специфичные случаи Минфин и вовсе должен выяснять самостоятельно в рамках системы межведомственного взаимодействия (см. «КС запретил использовать решения ВС для ухудшения положения налогоплательщика»).

«На практике приходится сталкиваться с тем, что НК содержит множество положений с широкой формулировкой, толкование которых судами меняется время от времени. Важно, что позиция КС универсальна и позволяет защитить добросовестного налогоплательщика в случае внезапного изменения судебной практики», – отметила юрист ЮБ «Мозго и партнеры» Ольга Насонова. «Постановление КС внесло ясность, стоит ли ссылаться на отказные определения в обоснование своей позиции», – заявил Голованёв.

ООО «Континентал Тайрс Рус»

ООО «Континентал Тайрс Рус» предоставляло своим покупателям (розничным продавцам) значительные отсрочки по оплате товара, притом что расчеты с поставщиками происходили на регулярной основе. Для покрытия образующегося кассового разрыва налогоплательщик привлекал займы от зарубежной материнской компании. Налоговая сочла это нарушением, суды с ней согласились (№ А40-251161/2015). Они пришли к выводу, что налогоплательщик не имел экономических причин для привлечения заемных средств, а целью получения кредитов от иностранного аффилированного лица был систематический вывод денег за рубеж (см. «Суды сочли нецелесообразным привлечение дочерних займов для покрытия кассового разрыва»).

«Оценку деловой цели суды подменили оценкой целесообразности действий налогоплательщика и тем самым грубо вмешались в его работу. Займы привлекались для покрытия кассовых разрывов, объективно возникающих в связи с предоставлением отсрочек независимым дилерам. Это опасный прецедент недопустимого вмешательства налоговых органов и судов в принятие компаниями управленческих решений, а также попытка девальвировать определение КС № 320-О-П«, – считает Зарипов. «Это дело подтверждает постепенно складывающийся негативный подход к оценке структур, связанных с привлечением заемных средств от аффилированных компаний. Уверен, такой подход сохранится и в 2018 году», – заявил партнер, руководитель практики разрешения налоговых споров в России Ernst & Young LLC Алексей Нестеренко.

ООО «Аукционная компания Союзпушнина»

ООО «Аукционная компания Союзпушнина» перечисляло дивиденты кипрской компании. ФНС решила, что кипрская компания является кондуитом, не осуществляет реальной экономической деятельности, а перечисление дивидендов носит транзитный характер. По мнению налоговой, такая схема использовалась обществом в целях применения пониженной налоговой ставки, поскольку между Россией с Кипром заключено соответствующее двустороннее соглашение. Арбитражный суд города Москвы и 9-й арбитражный апелляционный суд согласились с мнением ФНС. Суды посчитали, что компания должна не только указать реального бенефициара и подтвердить его статус, но и представить достаточные доказательства перечисления денег именно физическому лицу. В противном случае, если деньги до бенефициара в силу разных причин не дошли, то и права на применение льготной ставки у налогоплательщика не имеется (№ А40-73573/17).

«Примечательным в этом деле является тот факт, что компания «АК «Союзпушнина» и ее юристы скорректировали довольно распространенную в налоговых спорах тактику по доказыванию самостоятельности компаний, получающих дивиденды, и наличию у них полномочий по распоряжению полученным доходом. Они уже по сути не спорили с тем фактом, что промежуточная кипрская компания является технической компанией. Они пытались доказать, что фактическим получателем дохода является физическое лицо – налоговый резидент РФ, в силу чего должна подлежать применению ставка НДФЛ в размере 9%», – объяснил руководитель проектов Бюро присяжных поверенных «Фрейтак и Сыновья» Кирилл Данилов.

Споры с налоговой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *